Глава Первая. Жанна Соколова
Глава Шестнадцатая. Миша Цветков
Глава Семнадцатая. Жан и Нэт
Глава Восемнадцатая. Лариса и Жанна
Глава Девятнадцатая. Жан и Дебора
Глава Двадцатая. Жан и Лариса
Глава Семнадцатая. Жан и Нэт
Глава Восемнадцатая. Лариса и Жанна
Глава Девятнадцатая. Жан и Дебора
Глава Двадцатая. Жан и Лариса
Глава Двадцать Вторая. Жан и Сара
Жан нервничал. Он проиграл все наличные деньги.
Обычно люди, чем больше проигрывают, тем больше делают ставки в надежде вернуть потерю, заодно и выиграть. Он садился за стол и начинал игру со ста долларов, через полчаса терял тысячу. Мысленно обматерив крупье, шел к столу с кубиками и начинал с тысячи, и опять проигрывал.
В кармане лишь бренчали кольца Деборы... Он знал много лавок, где возьмут эти брюлики, но дадут копейки. Он перебрал в памяти всех знакомых: кому продать бы?.. Беднота! И вдруг вспомнил: полумрак, шампанское... «Позвоню! Опасно. У нее какая-то зараза. Сделаю вид, что ничего не знаю...»
— Да, — капризно произнесла Сарина дочь. — Кто это?
Несколько дней глаза ее не просыхали от слез. Никто ей не звонил, не приходил. Все отвернулись от нее. Узнать бы, кто распустил сплетню о ее заболевании, задушила бы своими руками... А самое страшное, отец допрашивал ее. Он умолял:
— Доченька, я его не убью. Нужно только, чтобы он полечился...
Она молчала. Пусть думают, что это большая тайна. Она сама не знала. Не знала!
Ее бурная жизнь началась еще в Лос-Анджелесе, когда она училась в закрытой школе. Там считалось нормальным иметь парня на ночь. Потом поменяться с подружкой. А уж потом, после ресторана, бара, ну как не расслабиться!
Честно говоря, Алекс была страшненькой. И никто особенно в нее не влюблялся. Но в пьяных компаниях она зажигала! Плясала на столе без трусов, пила водку из бутылки. И, конечно, мгновенно шла на контакт с любым кавалером. В этот момент она торжествовала и чувствовала себя настоящей соблазнительницей.
- — Жан! — обрадовалась она, услышав мужской голос в трубке. — Что ты говоришь, — не верила она своим ушам. — Ты хочешь меня увидеть? Грандиозно! Мои старики в ЛосАнджелесе, сеструха в Нью-Йорке, я умираю от скуки.
- — Если Алекс уйдет из дома хоть на пять минут, отвечать будешь ты!
Папаша в гневе был непредсказуем, и слуги трепетали, лишь заслышав его грозный рык. Но... ведь он не предупреждал о гостях, которые к ней придут. Значит, можно.
Ведь так грустно в молодости быть изолированной от всех! Ужасно, но никто не хотел общаться с Алекс сейчас. Ни парни, ни девчонки. Никто не желал рисковать своим здоровьем.
— О, беби, ты выглядишь великолепно! — Жан похлопал Алекс по попе.
Она обняла его.
«О, черт! — испугался Жан. — Еще не хватало подхватить
заразу». Он шутливо приложил палец к ее губам.
— Целоваться потом, сначала дело. Слушай, моему другу срочно нужны бабки. Я бы мог спросить у Нэт, но не люблю впутывать старух. Слишком много вопросов задают. Смотри, — раскрыл он ладонь. — Он хочет обменять эти цацки на деньги. Ему для бизнеса срочно нужен наличняк.
Алекс взяла одно кольцо, повертела в руках.
- — Красивое! Видно, что на заказ сделано. — Она примерила на свой палец. — Большое, а вот для мамки в самый раз будет. Она обожает все новое, хотя у самой все ящики переполнены. Сколько он хочет?
- — По двадцатке за штуку.
- — Не многовато ли?
- — Ты что, не видишь, что платина и бриллианты настоящие?! Я тебе цену сказал в пять раз ниже номинала. — В его глазах заметались злые искры.
Она испугалась, что он сейчас уйдет.
- — Ладно, ладно. Выпить хочешь? Она крикнула:
- — Лин, что у нас на ужин? Лин, маленькая филиппинка, ласково улыбнулась.
- — Что пожелаете? — Я мяса хочу, и побольше. С красным вином пойдет, —ласково потрепал Жан служанку по щеке. Когда Лин удалилась, он строго спросил:
- — Ты, беби, меня не дуришь, у тебя действительно есть наличняк?
- — Пойдем, — взяла она его за руку. — Мамка думает, что никто не знает про ее тайник. А мы с сеструхой проследили уже давно и потихоньку таскаем. В полумраке огромной спальни высилась кровать невероятных размеров. Напротив огромное зеркало в резной раме.
- — Эх, хорошо бы побаловаться здесь. — Жан прыгнул на кровать. — Крошка иди ко мне!
Тут уж она испугалась, доктор на серьезе предупреждал, никаких контактов.
— Потом, потом, — шутливо пощекотала Жана.
Он вздохнул с облегчением. Толковая. Не совсем чокнутая, как про нее говорят. Продолжал вести игру.
— Когда? — прошептал страстно. — Ты ведь знаешь, что я влюбился в тебя с первой минуты. Но твои предки, Нэт... Но мы будем вместе с тобой, да?
Он запрокинул ей голову и заглянул в глаза.
Глаза у Алекс были странного цвета. Вокруг черного зрачка желтый ободок, потом серый тон и в нем желтые крапины.
— Да, мы будем вместе, — взволнованно откликнулась Алекс.
Ей никто никогда не говорил таких берущих за душу слов. От нахлынувших чувств щеки ее вспыхнули малиновыми аллергическими пятнами, а разноцветный левый глаз начал косить. Словно она смотрела не на Жана, а пыталась разглядеть свой нос.
— Что ты хочешь? — ласково спросила Алекс.
Он не ответил, так как знал, когда женщина на высоком эмоциональном уровне, она способна на все. Сейчас ему нужны были от нее деньги.
Сара хранила деньги в сейфе, который маскировала ворохом старых кофт. Она не особенно доверяла банкам. Хотя и там были средства. Но здесь были только ее деньги, о которых, она думала, не знает ни одна душа. При каждом удобном случае она открывала дверцу и запихивала пачки. Давно уже не считая. Когда-то первая сотня тысяч была счастьем, а теперь...
— Тю, так здесь код, — склонился Жан над сейфом.
- — А мы умные... мой день рождения двадцатого ноль седьмого, сеструхин тринадцатого ноль первого, вот и набери.
- — Сколько ты говорил? Сорок тысяч? Сам и отсчитай. Мне всегда скучно с деньгами возиться...
- — Ау, Алекс? Вы где? — раздался голос Лин из глубины коридора.
- — Идем, идем. — Она сделала знак глазами Жану. — Быстрее закрывай... В ту секунду, когда она отвернулась, он сунул в карман пачку в сто тысяч.
- — Видишь, вот сорок тысяч. Держи кольца. И запомни, я очень честный человек. В голове у него стучал дятел: «Сколько же там всего денег? Теперь я знаю код, нужно пробраться туда еще раз...»
Он быстро управился с мясом, приговорил три фужера с вином. Ах, как ему не терпелось побежать в казино! Деньги жгли карман, гудел адреналин в крови.
— Слушай, крошка, я приду ночью. Мы фильм посмотрим, потанцуем. А сейчас сбегаю к другу, потом к Нэт. — Он вытер салфеткой губы. — Сама понимаешь, дела прежде всего.
Опять ее цветные глаза сбежались к носу, узенькие губешки распустились, словно шнурочки развязались.
- — Ты не обманешь, придешь?
- — Запомни, Жан Кристмас всегда держит свое слово! И он не врал, что случалось с ним очень редко. Он действительно хотел вернуться. Но не к ней, а к сейфу. Жан выскочил на улицу, поймал такси.
— Останови на стрипе, возле Уинна...
За час он проиграл все сто тысяч. Его уже злила эта ситуация. Неужели удача никогда не придет к нему? Однажды он выиграет джекпот в несколько миллионов!
Деньги закончились, а отыграться хотелось. Как раненый зверь, он рыскал среди машин. В зале особо важных персон увидел старушку. Эдакий божий одуванчик. Маленькая, сухонькая, седые волосенки топорщатся на голове. Видна помладенчески розовая кожа.
Старушка сидела возле автомата, где одно нажатие на кнопку стоило пятьсот долларов. На коленях у нее лежала сумкакошелек. Жан, проходя мимо, украдкой заглянул. В кошельке божьего одуванчика лежали пачки в банковских упаковках. Жан знал, в каждой по десять тысяч. Взять хотя бы одну...
Старушка нажимала на кнопки. Смеялась как девчонка.
«Тварь, — со злостью подумал Жан. — Наверное, муж коньки отбросил. И она решила все спустить в казино. Конечно, на том свете не поиграешь!»
Он устроился недалеко и стал наблюдать. Божьему одуванчику везло. Она уже выиграла пять тысяч. Потом вскочила и побежала обменять билет на деньги. Сумка-кошелек осталась на кресле.
Это было делом одной минуты — подскочить и двумя пальцами цапнуть две упаковки. Пальцы длинные, гибкие. Получилось! Он улыбнулся, увидев старушку, спешащую к своему креслу.
Не успел сделать шагу, как над ухом раздался глухой, неприятный голос.
— Не вздумай бежать и поднимать шум. Полиция Лас Вегаса:
Он был окружен мужиками в темных костюмах.
О, черт! Где они прятались?
Молча они провели его в комнату без окон. На единственном стуле восседала толстая баба. Где он мог ее видеть?
- — Попался, голубчик, — засмеялась она. Глазки-щелки, зубы по-крысиному мелкие и острые. — Давно я за тобой охотилась. Теперь твоя драгоценная хозяюшка не скоро увидит тебя. Посидишь за решеткой лет десять... если там тебя не прикончат.
- — Молчишь! Наверное, в штаны наложил. Мои люди за тобой шли от двери до двери. Дурак! В моем доме все деньги помечены. И все в городе знают, это Сарины деньги. И вдруг в моем казино я обнаруживаю деньги из моего же сейфа. Вор! — бесновалась баба. — Я тебе еще статью пришью, наркотики и намеренное заражение других венерическими заболеваниями.
- — Язык проглотил, молчишь? — Сара разглядывала молодого человека. — Да, морда у тебя ничего и фигурой вышел. Есть от чего пожару в сердце разгореться... — Сара лыбилась и похлопывала себя по ляжкам. Неожиданно в ее голове мелькнула озорная мысль: «А что, если приручить этого жеребца? Чем я хуже, чем Нэт. Мне, может быть, тоже нужен молодой секретарь!»
- — Я люблю ее, — вдруг страстно прошептал Жан. — И все, что я делаю, только для нее...
- — Ты кого имеешь в виду? — Такой поворот событий Саре был не по душе. — Старуху Нэт?
Жан улыбнулся обворожительно.
- — Конечно нет. Только Алекс в моем сердце!
- — Врешь! — закричала Сара. Затопала ногами и тоже, как ее дочь, вся пятнами пошла. «Что разозлило ее так?» — удивился Жан.
— Уведите, уведите с глаз моих, — вдруг завопила истерично.
Следующие два часа были просто кошмаром для Жана. В вонючей полицейской машине его доставили в отделение и заперли в комнате за решетку. Впервые он пожалел о том, что оставил дома свою кредитку. Он сделал это специально. А ему сейчас так была нужна помощь Нэт.
В углу копошился узкоглазый азиат. Он сидел в позе лотоса, что-то лопотал. Вдоль решетчатой стены взад и вперед, как маятник, ходил черный. Длинный и худой, как жердь.
Китаец украл в ресторане сумку.
Длинный измолотил кого-то за унизительные слова «черная обезьяна». Как Жан понял, скоро должна была прийти жена черного и принести пять кусков. Тогда его отпустят. Жан решил пока не контачить с ним. Бешеный! Если у него руки чешутся, может и Жану вмазать. Но, как только черный будет уходить, он сунет ему бумажку с телефоном Нэт. Придется попросить, унизиться. Кстати, а где Дебора? Эта баба давно бы уже сломала двери и окна, если бы узнала, где и в каких условиях томится ее птенчик.
Он и не заметил, как задремал. Время-то позднее, и стрессовые ситуации измотали.
Когда неожиданно открыл глаза, испугался. Где он? Что за женский голос звучит рядом? Как знакомы этот акцент и интонация!
Возле окошечка посетителей сидела стриженая под пацана, сморщенная тетка.
— Бобик, Лара обещала денег надыбать. Она девчонка честная. Не обманет. Я вот тебе покушать принесла.
Она передала черному свертки, баночки.
Пахло вкусно!
Жан смотрел-смотрел и вдруг понял — тетка русская.
Она говорила точно как Жанна, как кинодива Лара... Женщина почувствовала пристальный взгляд.
Прищурилась, разглядывая симпатичного, похожего на киноактера парня, очень даже прилично одетого. И вдруг ее осенило.
— Жан! — вскрикнула Ирка. Он вздрогнул.
- — Ах, боже мой, — запричитала она. — Твоя жена вся истрадалась и ведать не ведает, что ты здесь. У нее на нервной почве и молоко пропало. Ребенка нечем кормить.
- — Я тебя не сразу узнала. Но... мы ведь с Бобиком твою жену спасли, у нее потеря крови была большая. Так вот на тумбочке возле кровати твоя фотка. Я подумала, что это ее любимый актер, а оказалось, любимый муж. Она не знает, где тебя искать. Вот обрадую ее этой новостью...
У Жана пересохло во рту.
— Где она?
- — В госпитале возле парка в центре. Лара должна деньги принести за операцию, какой-то подонок обокрал Жанку. Я помочь не могу, давно уже без копья. Теперь вот нужно за Бобика платить. Это все парковские разборки, желтолицая банда хочет захватить нашу территорию... Вот и надумали Боба в тюрьму спрятать!
- — А кто такая Лара? — спросил Жан как можно безразличнее.
- — Лара — хорошая русская девчонка. В апартаментах менеджером работает. Вот нас с Бобиком туда пристроила. Знаешь, на Твена. Там кто-то полячку-тварь вырубил.
Жан уже знал, как будет действовать дальше.
