Глава Первая. Жанна Соколова
Глава Шестнадцатая. Миша Цветков
Глава Семнадцатая. Жан и Нэт
Глава Восемнадцатая. Лариса и Жанна
Глава Девятнадцатая. Жан и Дебора
Глава Двадцатая. Жан и Лариса
Глава Семнадцатая. Жан и Нэт
Глава Восемнадцатая. Лариса и Жанна
Глава Девятнадцатая. Жан и Дебора
Глава Двадцатая. Жан и Лариса
Глава Двадцать Шестая. Лариса и Миша
Боже мой! Голова идет кругом. Утром Ларисе позвонили из полиции и пригласили на опознание женского тела. «Ваш телефон и имя мы нашли в кармане куртки пострадавшей». Ужасно! Что случилось с Иркой? Она всегда казалась Ларисе оптимисткой и пофигисткой.
Казалось, что уже больше ничего не волнует ее. И вот пожалуйста! Что ей сказал полицейский? Доктор, который проходил недалеко, видел, что она приложила пистолет к виску... Но откуда у нее оружие?
Лариса терялась в догадках.
Они же договорились, что еще несколько дней, и она принесет деньги в тюрьму. Лариса посмотрела на толстый конверт. Там лежала квартирная плата жильцов. Еще пять человек проплатятся — и будет сумма, которой хватит и для Жанны, и для Боба.
Старый, толстый полицейский, усталый и потный, заполнил какие-то бумажки, попросил Ларису расписаться.
— Следуйте за мной...
В большом холодном помещении стояло много столов. Лариса поежилась. Шла за сутулой спиной, стараясь не смотреть на очертания тел, накрытых простынями. И как ни пыталась она отводить взгляд, а все видела... Из-под серых простыней торчали ноги. Женские, мужские... Но одной ноге через дырку в носке торчала желтая пятка.
— Сюда! — Полицейский откинул простынку.
Ирка, такая маленькая. Как девочка. В белой футболке. На виске небольшое пятно. Лицо бледное, но спокойное. На губах легкая улыбка.
- — Вы знаете эту женщину? — прогундосил коп.
- — Да.
- — Назовите имя, фамилию. Лариса пробормотала.
- — Через три дня можете забирать тело для похорон.
Лариса шла по жаркой улице. В голове плыл густой туман. Как же так? Еще несколько дней назад они смотрели с Иркой фотографии.
— Знаешь, Ларка, я, наверное, плюну на все, да и поеду в Москву. Хотя там меня никто не ждет. Но я могу пойти в школу работать. Буду ребятишкам английский преподавать. А что? Только всем им скажу, никогда, ни за что не приезжайте в Америку. Это не страна. Это иллюзия. Здесь американцы тяжело живут, а уж чужестранцам совсем худо...
И вот все. Не будет ни Москвы, ни ребятишек в школе. Почему-то перед глазами встала картинка. Желтая пятка торчит из дырки в носке. Кто был тот человек? О чем он мечтал?..
Она зашла в казино.
— Вина красного! — строго сказала коктейль-девушке.
Нужно чуть-чуть подправить нервную систему. Вытерла слезы, которые, как она ни крепилась, бежали и бежали по щеками.
Передохнув и чуть-чуть успокоившись, пошла через весь город в сторону другого госпиталя. Говорить или не говорить Жанне про Ирку? Нет, наверное, сейчас ей ни к чему негативные эмоции... Она долго нажимала на кнопку звонка. «Спят, что ли?»
- — Ну что растрезвонилась? — Недовольная мексиканка выглянула в полуоткрытую дверь.
- — Я деньги принесла за операцию. Когда можно забрать Жанну и мальчика? Мексиканка смотрела на Ларису, словно никогда не видела. Лариса повторила еще раз вопрос.
- — Сегодня утром ее забрали, — зевнула.
- — Кто забрал?
- — Откуда я знаю. Люди. Все заплатили. Никого не обидели.
- — Что-что... Своими ногами пошла. Никто ее не тащил...
— Ты не врешь? Мексиканка захлопнула дверь.
«Наверное, Жан одумался. И привез Жанну в апартаменты. Кто знает, ведь сам был сиротой, пожалел маленького человечка...»
Ждать ответа на неизвестность она не могла, поэтому остановила такси.
В апартаментах не было и намека на присутствие Жанны. Она побежала в офис. На факс-машине лежало сообщение: «Михаил Цветков вылетел...»
О! Лариса позвонила в аэропорт.
— Что? Через час посадка?
Руки в ноги — и бегом. Но... но как он выглядит, этот Михаил Цветков, о котором она уже и забыла?! И честно говоря, ей было сейчас не до этой авантюры. Господи, зачем она все это заварила?
Пришлось опять разориться на такси.
— Эй, молодой человек, ну и силен же ты спать! — Старушка-соседка толкала Михаила в бок. — Через пять минут мы будем в Вегасе! Посмотри в окно...
Михаил проморгался и недовольно последовал совету соседки.
О! То, что он увидел, заставило почти не дышать. Красотища невероятная! Самолет летел очень низко, и видны были причудливые силуэты сверкающих строений. Великолепие!
- — Добро пожаловать в Лас-Вегас! Температура за бортом — девяносто шесть по Фаренгейту, что соответствует тридцати по Цельсию.
- — Мы испечемся, как цыплята в гриле.
- — Вас будут встречать? — поинтересовалась старушка.
- —
- Должны.
- — Меня будет встречать Вовочкин друг. Я знаю, он забронировал номер в очень спокойном отеле. Такое чудное название — «Четыре сезона». А вы, Миша, где будете?
Я раскрыл блокнот:
— «Тропикана», адрес: Лас-Вегас, бульвар...
— Может быть, это рядом. Давайте завтра встретимся. Как-то страшновато в чужой стране. Мы ведь теперь как родня.
Почему-то старушкин чемодан приплыл первым на резиновой ленте. Я только нацелился схватить кожаную ручку, как кто-то рявкнул в мое ухо:
— Позвольте!
Я обернулся. Высокий блондин с ярко-голубыми глазами и девическим румянцем на щеках добродушно улыбался.
- — Вовчик мне уже три раза звонил. В России какие-то все беспокойные, — немножко жеманно произнес он. Или мне так показалось. — Ну мы пошли, — Он игриво помахал мне рукой. Нина Иннокентьевна улыбалась.
- — Я почти счастлива. Мишенька, завтра в двенадцать буду ждать вас у «Четырех сезонов».
Моя сумка явно где-то застряла. Я уже мысленно приготовил себя к тому, что кто-то спер мой багаж. Засмеялся. Представил разочарование воришки. Пара трусов, носков, три рубашки и еще какая-то мелочовка. В последнюю минуту мы с Вовчиком приняли решение не таскать с собой камеру, предположив, что наверняка у богатой леди есть камера или же она купит.
Никто не позарился на мое добро. Подхватив сумку, я направился с толпой к выходу. И вдруг увидел плакат со своим именем. Я встал как вкопанный. Прочитал вслух: «Михаил Цветков». Смешно!
Девица, высокая блондинка, улыбалась.
— Добро пожаловать в город, который никогда не спит! —произнесла звонко.
Где я мог ее видеть? Большие глаза, темные брови, ноздри причудливо вырезаны, упрямый рот. Где, где?
- — Как перелет?
- — Нормально.
Мы вышли на улицу. Ну и жарища! Мой лоб мгновенно покрылся бисеринками пота.
- — Да, это не Воркута, — улыбалась девица. Но я заметил, что ее глаза были какие-то застывшие. Словно что-то внутри у нее болело.
- — Не беспокойтесь, все расходы за счет фирмы, — вскинула она подбородок.
Пока мы ехали, девица перечисляла названия отелей. Фантастика! Все выглядело лучше, чем в любом кино.
В гостинице мы быстро оформили все мои бумаги. Я чувствовал, что моя спутница куда-то торопится и ей совсем не до меня.
— Завтра в десять встречаемся здесь...
Прямо передо мной был огромный зал. Невероятных размеров хрустальные люстры сияли в тысячу киловатт. Музыка, женский смех, обворожительные официантки. Слотмашины звенели, клацали, сверкали. «Закрой рот,» — сказал я сам себе и пошел к лифту.
Мой номер располагался на четырнадцатом этаже. «Хорошо, что не на тринадцатом!» — так я подумал. И вдруг обнаружил, что на указательном табло в лифте число 13 отсутствует.
Странно! Неужели суеверные предосторожности?
Номер мне показался достаточно уютным. Двуспальная кровать, письменный стол, телевизор, кресло с уютным торшером, все оформлено в мягких, пастельных тонах. Я отодвинул жалюзи. Класс! Напротив настоящий замок «Эскалибур», чуть наискосок «Нью-Йорк—Нью-Йорк» со статуей Свободы и Бруклинским мостом.
Сидеть в номере я не мог: сменил рубашку и пошел шляться.
С собой в поездку я взял только пятьсот долларов, больше и не было. Так что в игровом зале я положил пятерку и, очень быстро спустив пять баксов, сказал сам себе: «Миша, стоп. Не повторяй историю всех глупцов в мире, которые верят в джекпот».
Толпа брела по улице. Все люди нарядные, веселые. Одно мне не понравилось, на каждом углу стояли неприятного вида люди и насильно совали в руки буклеты с голыми девчонками. Причем эти нахалы предлагали свои противные журналы даже мужчинам, которые шли под руку с женами.
Я полюбовался на Эйфелеву башню возле отеля «Париж». Дотопал до «Венеции». Сверкала вода, пели гондольеры. Волшебство какое-то! Завтра нужно решить с камерой. Я готов был к сьемкам. Хотя бы просто снять эти картинки, чтобы показать нашим в Воркуте. Когда еще им удастся приехать...
И вдруг я увидел длинного черного парня. Он бежал красиво. У всех черных необыкновенная грация. Парень был в грязных джинсах, в футболке неопределенного цвета. Он почти толкнул меня.
— Поосторожнее! — Я чуть не упал. Когда я оглянулся, чтобы посмотреть, куда он все-таки побежал, то впал в ступор.
Из машины выскочила моя знакомая блондинка. Она бросилась на шею черному бегуну и стала что-то горячо говорить. Он обнял ее, и они — они зарыдали.
Толпа обходила эту странную парочку. Черный завывал, как волк.
Блондинка взяла его за руку и повела как маленького мальчика.
Наверное, я человек консервативный. Но вот такую любовь не понимаю. Ну не нравится мне, когда русские девушки целуются с чернокожими парнями. Какое-то нарушение гармонии.
Отчего-то настроение мое испортилось. А известно, если нет праздника внутри, то и снаружи все плохо. Я вдруг увидел людей с потерянными, испуганными глазами. Нищих, страшных, грязных, дурно пахнущих.
Короче, я вернулся в отель, помылся и завалился спать. Разбудил меня телефонный звонок.
- — Миша, это Лариса, ваша вчерашняя знакомая, простите, я не представилась. Закрутилась. К сожалению, наша встреча переносится. У меня неотложные дела. Я вздохнул. «Видел я твои неотложные дела...»
- — Когда? — спросил я коротко, пытаясь придать своему голосу деловую интонацию
— Может быть, завтра...
«Ничего себе. Может быть! У меня всего неделя», — проворчал я про себя. Но вслух сказал:
— Хорошо, я попробую поснимать что-нибудь на фотик пока.
Когда брился, решил узнать, где отель «Четыре сезона». Почему бы не встретиться со старушкой?! Отчего-то мне стало неуютно в этом городе. Я чувствовал себя здесь инородным телом.
